Почему не сбываются политпрогнозы?!

четверг, 17 сентября, 2009 - 17:00

Активист
Приморского РШ МГЕР

Попытки предсказать перемены политического климата страны, региона или
целой планеты давно уже напоминают классический прогноз погоды - «будет
солнечно, но вероятны ливни», «в Багдаде все спокойно», но возможны
кратковременные войны. А может быть как на Кавказе в августе прошлого года, -
войны не обещали, а она случилась.

За полмесяца до
трагедии в Южной Осетии колумнист популярной интернет-газеты «Взгляд» Леонид
Радзиховский высказался по грузино-югоосетинскому вопросу: «...мой прогноз
следующий. Войны не будет. Решения проблемы не будет». Впрочем, не один
«независимый политолог» так полагал: простого обывателя убаюкивали
обнадеживающими прогнозами правительственные СМИ, эксперты успокаивали друг
друга и самих себя, вспоминая тысячу и один аргумент в пользу того, что война
никому не выгодна.  Грузия рискнула бы
этим, Россия - тем, США, неизменно стоящие за кулисами любого мало-мальски
значимого конфликта на планете, потеряли бы третье... Однако «ненужная» война
все-таки прогремела, а эксперты-политологи переключились на прогнозы серии
«после Цхинвала».

Целый ряд мировых и
российских аналитиков предсказывали невиданную эскалацию напряженности не
только в регионе, но и вокруг России в целом. Уже 10 августа 2008 г. Генеральный секретарь ООН Пан
Ги Мун выразил тревогу по поводу «распространения насилия за пределы зоны
грузино-осетинского конфликта» и, в частности, роста напряжённости в абхазской
зоне конфликта. 12 августа председатель комиссии сената США по иностранным
делам сенатор Джозеф Байден высказал мнение, что «Россия может оказаться
стороной, которая потеряет больше всех, если война продолжится», особо отмечая,
что жертвой конфликта может стать сотрудничество России и США в области атомной
энергии, отмена поправки Джексона-Вэника, вступление России в ВТО, Олимпиада в
Сочи, планы Путина по превращению Москвы в один из мировых финансовых центров.
18 сентября госсекретарь США Кондолиза Райс, выступая в вашингтонском
представительстве фонда «German Marshall Fund» с речью, посвящённой отношениям
США и России, сказала, в частности: «Вторжение России в Грузию не достигло и не
достигнет никакой долговечной стратегической цели». 19 августа в издании
«Газета» была опубликована статья Б. Соколова, в которой он выражал мнение, что
«нынешняя российско-грузинская война при своей внешней молниеносности и
успешности для России, скорее всего, в долгосрочной перспективе является
военно-политическим и дипломатическим поражением Москвы». В номере «The New
Times» от 1 сентября политолог М. Урнов так оценивал геопололитические
перспективы России после конфликта: «Россия не может обеспечить своего
положения в качестве полюса биполярного мира. Теперь мы не можем даже
претендовать на роль региональной державы. Мы перестали быть центром притяжения
для стран, окружающих нас. Мы потеряли кредит политического доверия у стран
Западной Европы и США. Мы безразличны Китаю, он смотрит на нас как на источник
энергоносителей, технологий, но уж никак не на суперпартнера». Тот же Л. Радзиховский пугал
соотечественников целым набором политических бедствий - от вылета России из
«Большой восьмерки» и краха всех надежд на вступление в ВТО до провала
Олимпиады в Сочи. Практически, то же самое писал в августе прошлого года
известный болгарский политолог Иван Крастев, полагая, что «российско-грузинский
конфликт», как его окрестили западные СМИ, приведет также к вступлению Украины
и Грузии в НАТО
. Директор британского Центра европейских реформ Чарльз
Грант считал, что «теперь у бюрократического аппарата НАТО в Брюсселе и новых
стран-членов Совета Европы появилась новая цель - сдерживание влияния России».

Прошел год.
Генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер лично высказался по поводу того,
что Грузия и Украина пока не готовы к членству в альянсе. Как отмечает «Русский
Newsweek», прогнозы,
что ошибка с Южной Осетией станет для Саакашвили фатальной, тоже не
оправдались. Полученная после войны западная помощь позволила Грузии
практически не заметить мировой кризис. Россия все еще входит в G-8, а если и
возникли какие-то проблемы со вступлением в ВТО, то исключительно по инициативе
правительства В.В. Путина, которое в июне текущего года заявило, что Россия
присоединится к ВТО в составе тройственного Таможенного союза вместе с
Белоруссией и Казахстаном. Подготовка к Олимпиаде-2014 идет полным ходом, и
пока ничего не предвещает глобального бойкота. Государства Южную Осетию и
Абхазию де-юре признали Россия, Никарагуа и страны парадоксального объединения,
по иронии судьбы носящего название СНГ - Содружества непризнанных государств.
Президент США Барак Обама объявляет перезагрузку отношений с Россией, исполняя
в дуэте с Дмитрием Медведевым очередную «старую песню о главном», - и только в
годовщину южноосетинской бойни ведущие эксперты снова заговорят о причинах
трагедии и еще разок погадают на своих геополитических картах.

История с прогнозами до и после «войны 08.08.08» представляет собой
классический пример того, как современные политики и, увы, политологи
(аналитики, эксперты и т.п.) играют в самую, пожалуй, древнюю игру, связанную с
реализацией властной воли в человеческом обществе - игру в мифотворчество
.
Правила этой игры - это правила системы, где есть элементы правящие и
управляемые, однако все они подчиняются одной логике, одному сценарию, не
зависимо от наклонностей того или иного участника. И порой объективная логика
развития системы (или сценария политической пьесы, если хотите) оказывается
сильнее, чем любой здравый смысл. Эта особенность
мировой политики - выход за рамки рационального человеческого мышления

-  в последние десятилетия находит мощное
выражение в практике так называемых «двойных стандартов». События прошлого
августа в Южной Осетии, не укладывающиеся на первый взгляд ни в какие рамки
здравого смысла и поэтому оказавшиеся вне всяческих прогнозов, служат
прекрасной иллюстрацией того, как действуют законы своеобразной
социально-политической «физики» в системе международных отношений,  в частности в тех случаях, которые аналитики
связывают со скандально известными 
«двойными стандартами».

На самом деле,
перефразируя высказывание одного из участников The Beatles, слухи о скандальности и аморальности
двойного стандарта в политике сильно преувеличены
. Практика двойного
стандарта сама по себе настолько глубоко заложена в природе человека, что давно
уже перешла из разряда осознаваемой реальности в поле иррационального,
априорного опыта, закрепленного если не в юнгианских архетипах, то наверняка в
социокультурном пространстве мифа. Того самого мифа, с которым на протяжении
всей человеческой истории играли, играют и будут играть неглупые люди, желающие
управлять поведением и образом мыслей сородичей. Политические технологии с
древних времен и до наших дней строятся на основе двойных стандартов, а
«символом веры» для политиков-практиков, великих теоретиков сродни Цицерону и
Макиавелли всегда была древнеримская поговорка «что позволено Юпитеру, то не
позволено быку». Тем не менее, до сих пор проблема двойных стандартов остается
уделом популистских политиков и журналистов, а сам этот термин еще несколько
лет назад употреблялся преимущественно в отношении гендерной дискриминации. А
ведь ситуация неравенства, которую по сути и отражает словосочетание «двойные
стандарты», характерна не только для отношений пола; это основа любых властных
отношений в обществе. По словам знаменитого философа Мишеля Фуко, «отношения власти существуют между мужчиной
и женщиной, между тем, кто знает, и тем, кто не знает, между родителями и
детьми, внутри семьи. В обществе имеются тысячи и тысячи различных властных
отношений, а значит, отношений силовых и, следовательно, существует множество
мелких противостояний, в некотором роде микросражений... Повсюду, где есть
власть, она осуществляется».

Следовательно, если
власть и технологии ее реализации основаны на принципе «одному можно, а другому
нельзя», значит и двойные стандарты есть повсюду. Это не плохо и не хорошо -
это естественно, и видимо в таком положении вещей есть большой практический
смысл.  Именно поэтому упоминание в
прессе или научном труде самого термина «двойные стандарты» не должно
автоматически настраивать читателя негативно по отношению к какой-то из сторон
конфликта, а скорее призвано пояснить, какую позицию занимает автор текста. Как
справедливо заметил корреспондент «Русского репортера» Павел Бурмистров,
«предсказания специалистов всегда информационно насыщены, но чаще не столько
говорят о том, чем чревато будущее, сколько подчеркивают, чей политический
заказ они исполняют».

Итак, двойные
стандарты - вещь объективная, глубоко заложенная в человеческой природе, прежде
всего для нашей же безопасности, поэтому и относиться к ним следует по
возможности без эмоций, как, допустим, к процессу эволюции, где сильный
безусловно использует свои преимущества по отношению к слабому. Более того,
трезвая оценка ситуации, связанной с двойными стандартами,  может иметь большую научную ценность именно тогда,
когда мы перестанем искать правых и виноватых, а присмотримся внимательнее к
общей логике развития событий.

Таким образом,
современной политической науке следовало бы говорить не об аморальности
«двойных стандартов»; по сути, рассуждать об этом так же глупо, как спорить о
том, что важнее в молекуле воды - одна единица кислорода или две единицы
водорода.  Проблема этического
искусственно привязывается опытными политтехнологами к феномену двойного
стандарта, потому как спекуляции на понятиях добра и зла всегда являлись очень
удобным инструментом для достижения политических целей.

Вопрос истинной науки
остается неизменным: можно ли каким-то образом достоверно предсказывать
грядущие события, или же столь важная проблема социально-политического прогноза
надолго останется в списке других «нерешенных задач» современной науки наравне
с проблемами предсказания землетрясений, климата или поведения элементарных
частиц? Точная наука, физика и математика, уже подсказала исследователям, что
человеческое общество следует рассматривать как систему, которая развивается,
трансформируется или разрушается по определенным универсальным законам. И если
в физике такие законы прописаны формулами и уравнениями, то в науках об
обществе единственный аналог универсальной закономерности - это миф. По
убеждению немецкого философа Ф.В. Шеллинга, мифология - это сознание
действительного, причем мифотворчество не может быть только явлением прошлого.
В будущем, полагал он, возникнет синтез науки и мифологии, которая будет
создана эпохой в целом [7, 332]. Позднее великий антрополог К. Леви-Стросс
писал: «...значение мифа состоит в том, что
эти события, имевшие место в определенный момент времени, существуют вне
времени. Миф объясняет в равной мере как прошлое, так и настоящее и будущее.
Ничто не напоминает так мифологию, как политическая идеология. Быть может, в
нашем современном обществе последняя просто заменила первую».

Допустим, понятие
политической идеологии себя дискредитировало еще в 20-м веке, но на смену
теориям правильных и неправильных идеологий пришли теории режимов, хороших и
плохих, потому как терминология
борющихся за власть - явление приходящее, а противостояние добра и зла - вечное
.
В конце концов, создавать образы героев и злодеев можно с помощью самых разных
средств художественной выразительности. Важно
четко понимать одно: если разделить мир на «добро» и «зло», на «героя» и
«злодея», то таким миром очень удобно управлять
. Принцип «разделяй и
властвуй», во многих исторических ситуациях шедший рука об руку с так
называемой «политикой двойного стандарта», до сих пор является вернейшей
технологией реализации власти. Тем не менее, не каждый политик может
использовать этот принцип эффективно и без потерь среди мирного населения.
Трудность заключается в том, что помимо создания образа спасителя или угрозы,
необходимо еще и контролировать эту свою марионетку, корректировать ее портрет
и тщательно следить за тем, чтобы в какой-то момент «маски» не начали
действовать самостоятельно. Потому что маски, «герои» и «злодеи» любой
политической пьесы живут не по человеческим законам, а по законам драматургии,
и ведут себя сообразно не моральным нормам, а сценариям, закрепленным в
стереотипах и мифах (социально-политических, национальных, религиозных и т.п.).

А теперь вопрос: в скольких случаях из ста Золушки и Белоснежки шли
против воли злой мачехи? Правильно, во всех.
Потому что мачехи не
переставали быть злыми, феи-крестные, как обычно, обещали сладкую жизнь, а
золушки просто играли свою роль жертв ситуации. Если «мачеха» закручивала
гайки, бедная «падчерица» становилась жертвой гуманитарной катастрофы, а
«добрая фея» приходила на помощь, независимо от своего желания. Так всегда
происходит, потому что все участники играют свои роли до конца, и у каждого из
них - своя правда. Это классический сценарий попытки преодоления двойного
стандарта, когда субъект, позиционирующий себя как «чужой в семье, обиженный»,
уходит из-под контроля «неродственного» источника власти (стандарта) в сферу
влияния другого, «родного» суверена. Это
тот самый сценарий, по которому развивались события около Южной Осетии
, и
распространенный вариант игры в «признание-непризнание» с каким-либо новым
независимым государством. Конфликт неизбежен, разве что участники игры проявят
поистине нечеловеческую мудрость и сменят маски ради спасения человеческих
жизней. Более того, даже «улыбчивые» маски не смогут надолго отсрочить развязку
конфликта, пока живы его самые глубинные мотивы. Сценарий, который содержит
такое сильное противоречие, часто оборачивается трагедией в частной жизни
людей, что же говорить о жизни целого народа, обладающего гораздо более долгой
памятью.

«Гордиев узел»
конфликта еще более затягивается, если помимо одного четкого сценария, в
котором задействованы все участники, одна из сторон реализует еще один, свой
собственный миф. На примере «войны
08.08.08» мы можем увидеть, что  помимо
мизансцены с участием мачехи - Грузии, падчерицы - Южной Осетии и крестной феи
- РФ, сложилась и еще одна картина, включающая уже США как абсолютного центра
силы, своеобразного «бога» из древнегреческого мифа
. Точнее богини Геры из
мифа о походе Ясона и аргонавтов за золотым руном, либо целого сонма богов,
позволивших Парису (М. Саакашвили) в обмен на политически корректное поведение
«сыграть в бессмертного» и умыкнуть ценный трофей из-под носа у грозного, но
(увы!) смертного соперника. Этот сценарий 
- «Ясон», или «Парис» - отличается от ситуации Золушки (в древнегреческой
версии - Геракла) тем, что в данном случае единица, поступающая подобно
«Юпитеру», изначально лояльна по отношению к нему и предлагаемому им варианту
мироустройства. Таким образом, мы не может говорить о независимом поведении
такого игрока, как «Ясон», на политической арене, так как очевидно, что он
является лишь инструментом в руках более сильного игрока. Ясону приказывают
похитить (что уже преступно) некий символ власти, Примечательно, что место
действия истории не изменилось: черноморская Колхида по-прежнему таит в себе
некий скрытый властный потенциал, яблоко раздора для желающих обладать
«божественной» силой.

Роль «золотого руна»
(Елены Прекрасной, символа власти и т.п.) призвана была сыграть Южная Осетия, к
несчастью для себя, разумеется. Именно такая трактовка южноосетинского сценария
помогает понять роль США в конфликте, которого при усердной поддержке «бога»
(источника власти) могло бы и не быть. Справедливости ради, следует отметить,
что для России Южная Осетия  и Абхазия
были бы таким же ценным завоеванием, как «золотое руно» для Ясона; именно этот
мотив позволяет западным СМИ до сих пор вести позиционную информационную войну
с Россией. Однако, напомним, что целью этой статьи является не поиск виноватых,
а попытка разумного объяснения того, что невозможно объяснить с помощью
доступных политологам инструментов. Чем же заканчиваются эти мифологические
сценарии?

Разумеется, от
перемены мест слагаемых, то есть от перемещения в пространстве земного символа
власти или окончания Троянской войны, жизнь на Олимпе не меняется - боги
остаются богами, о чем сами они прекрасно осведомлены.

Предостережением для
нас должны стать окончания обеих историй 
- Ясон предал доверившуюся ему Медею и бесславно погиб под руинами
своего «Арго», а Парис в результате кровопролитной войны потерял и  Елену, и собственное государство.

Россия,
провозгласившая победу справедливости в Южной Осетии, а по факту нарушившая,
как и США, важнейшие принципы международного права, сейчас реализует
видоизмененный миф о Прокрусте. Как известно, древнегреческий разбойник
умерщвлял своих жертв, пытаясь подогнать их под единый стандарт своего
каменного ложа, но затем герой Тесей уложил туда самого «создателя стандартов».
Легко догадаться, что российские правительственные политтехнологи под
Прокрустом имеют ввиду США, а Россию прочат в герои, забывая при этом, что,
единожды сыграв по правилам «двойного стандарта», игрок автоматически
становится их следующей мишенью. Возможно, в какой-то мере из-за того, что с
собственным стандартом не поспоришь, Запад с относительной легкостью «пережил»
потерю Южной Осетии и Абхазии. Хотя здравый смысл подсказывает, что причина
геополитически выдержанного поведения США по отношению к России кроется в
другом - не все ли равно, сколько километров черноморского побережья или
нефтепровода будет принадлежать потенциальному противнику, если тому скоро
нечем будет эти километры защищать? Учитывая сложную внутреннюю ситуацию в
самой России, правительству страны следовало бы больше внимания уделять не
внешне-политическим театральным представлениям, а решению внутренних
социально-экономических проблем. Иначе реализоваться может уже исконно русский
мифологический сценарий, когда отбытие Ивана (царевича или дурака) за рубеж в
поисках абстрактной Василисы Прекрасной по возвращении на родину оборачивается
разделом страны на два полцарства.

Что же касается
мировой политической практики, то она, как во времена Гомера и Аристофана,
дрейфует между крайними полюсами комедии и трагедии, добра и зла, двойных
стандартов и общечеловеческих ценностей. И хотя крайние точки в пределе всегда
совпадают, есть все основания полагать, что разумных усилий человечества на
данный момент вряд ли хватит даже на осознание этого простого факта. Поэтому
истину о том, кто прав, кто виноват, что происходит и будет происходить в мире,
нам опять придется искать не в новостях, учебниках или научных трудах по
политологии, а «где-то рядом». В конце концов, принимая одну из версий
происходящего, современный человек мало отличается от первобытного сородича,
который свято верил в то, что Земля - это большая черепаха. Как писал К.
Леви-Стросс, сравнивая логику мифологического и научного типов мышления,
«каменный топор сделан не хуже, чем топор из железа, просто железо лучше
камня».

 

Екатерина Булипопова,
активист
Приморского РШ МГЕР

Мнение автора может не совпадать, местами категорически, с позицией
редакции, но оно бесспорно интересно, и уже поэтому достойно публикации.
Дискуссия в комментах и ответных текстах, как всегда, приветствуется. -
molgvardia.ru

Поделиться:
0
0
0

Голоса: 171