Памяти острова Пасхи

четверг, 10 июня, 2010 - 17:23

Прошедший госсовет
вкупе с последней записью в
блоге
Дмитрия Медведева могли бы спровоцировать более широкую общественную
дискуссию о состоянии экологии Российской Федерации. Те, кому доводилось читать
маркетинг-оперу Уильяма Гибсона «Распознавание образов» должны помнить один из
самых ярких моментов романа, когда главная героиня движется по широкой полосе
земли, покрытой толстым слоем пыли, состоящей из соединений титана. Как потом
объясняет другой персонаж книги - «последствия советской экологической
катастрофы, не Аральское море, но все же». Так вышло, что у России, несмотря на
сибирские леса и озера Валдая, не очень хорошая мировая экологическая
репутация.

В этом смысле предложение Медведева о создании
некоего фонда, который бы взял на себя решение проблем с крупными мировыми
экологическими катастрофами не только означает создание очередного влиятельного
наднационального неполитического центра, но и сильный, пусть и сугубо
«имиджевый» шаг. Правом на то, чтобы отвечать за мировую экологическую повестку
обладают все страны в равной степени: и самые «экологичные» - наиболее опытные,
и самые загрязненные, так как у них самые большие проблемы в этой сфере.
Россия, сколь ни парадоксально, в зависимости от целей может выступить и как
одна из стран-хозяек «легких планеты», и как страна, лидирующая по количеству «самых
грязных городов» в международных рейтингах.

Это в свою очередь требует от самой России
выработки определённых внутренних стандартов, причем больше социальных, чем
каких либо иных, если угодно, выработки культуры потребления экологии.
Появление слова «экология» после уже привычных «культура потребления»
правомерно. Современные стандарты потребления и современная структура развитой
экономики практически повсеместно несут в себе идею экологии. Однако её сложно
иногда увидеть за спасением морских котиков, рыбок в Мексиканском заливе и
прочей публичной, но не слишком системной шелухой. Экология сегодня - это в
первую очередь рациональное потребление имеющихся ресурсов и рациональное
производство с минимумом отходов. Внедрение практики и того, и другого - это не
техническая задача, которую можно решить исключительно на уровне правительства.
Необходимы фундаментальные изменения
отношения к экологии, если угодно, появление некоего широкомасштабного
экологического движения «снизу», ориентированного на переформатирование общественных
стандартов, появление своих экополисов - «экологических Сколково».
А иначе
- сценарий острова Пасхи.

Мало кому известно, что ещё в XI веке в острове
Пасхи сложно было опознать нынешний безжизненный островок, почти не заселенный,
лишенный деревьев и запасов пресной воды. Напортив, на момент его заселения
туземцами, это был остров с мощной по меркам региона ресурсной базой, богатой
фауной, которую обеспечивали покрывавшие остров леса. Экологическая катастрофа,
развернувшаяся в следующие столетия была спровоцирована невероятным тщеславием
местной элиты.

После успешного заселения и освоения острова,
местные вожди приступили к возведению гигантских статуй, которыми остров и
знаменит по сей день. Местные руководители соревновались в том, у кого статуя
самая большая, кто тратит на её возведение больше леса, людей, чьи ритуалы
красочнее и т.д., выбрасывая на ветер немыслимое число ресурсов, как природных,
так и человеческих. Итог этого соревнования увидели европейские
путешественники, добравшиеся до острова. Безжизненная пустыня с мизерным и
полуголодным местным населением. Гибель лесного покрова, сведенного на
строительные работы и т.д., привела к исчезновению практически всех птиц на
острове, а также гибели вследствие эрозии плодородного слоя почвы. Лишившись
деревьев, жители острова оказались отрезанными не только от прочих островов,
т.к. не могли строить крупные океанские каноэ, но и от морских ресурсов.

Руководители острова свели в своем безудержном
противостоянии весь лес и все остальные ресурсы за какие-то 400 лет,
спровоцировав гражданскую войну, которая и добила цивилизацию острова.

Примечательно, что никто из жителей острова не
задумывался над тем, что происходит что-то не то. Привыкнув к обилию ресурсов в
начале, дальнейшее их сокращение жители просто не замечали, полагая, что
ресурсов у них достаточно, не меньше, чем у предков. Каждое поколение
запоминало только количество деревьев, которое досталось им от предыдущего
поколения и каждое поколение считало, что деревьев «достаточно», «сколько и
было», т.к. убыль не была заметна. В итоге жители сами не заметили, что приняли
факт гибели экосистемы как нечто само собой разумеющееся. К идее рационального
потребления индейцы так и не пришли.

Вадим Ветерков,
редактор отдела «Книги» портала «Актуальные комментарии»

опубликовано на портале er.ru

В тему:

Поделиться:
0
0
0

Голоса: 127